Русская Оттава : Столичная газета : Галина Абрамович. "Солдатики российской словесности" или мираж и песня в "ритме дождя". :

Оргкомитету в пятницу было не до гостей и не до песен. «Да, и кто придет в эдакий ливень, - думали они, - а, если и приедет, то гитару-то уж точно в руки не возьмет. Сыро. Льет, как из ведра». Так начинался фестиваль авторской песни 2004 года.
Впрочем, работали, как всегда, по-солдатски, потому что, ведь никто, кроме солдата, не сделает его обычной солдатской работы, в которой важно не столько умение, сколько желание: сделать во что бы то ни стало.
И, хотите - верьте, хотите – нет, кто был, тот видел: и сцена, трепетно ждущая гостей, выросла, как будто бы, из ничего и без постороннего вмешательства, и гости с песнями и стихами пожаловали, и зрители нагрянули, словом, та самая встреча, которую «солдатики» так ждали и к которой так готовились (не напрасно!), - состоялась.
Пусть простит меня Марк Мерман за вольность ассоциаций с его стихотворением «Прощание с русским языком», но, кто мы все с вами, если не «солдатики российской словесности иностранного легиона», которые, из года в год, шесть лет подряд сьезжались, собирались, слетались в одно и то же место только для того, чтобы петь и слушать ПЕСНЮ на поляне Белого озера, чтобы, нет!, не проститься с русским языком, а снова и снова услышать Русскую Речь, Слово, Музыку, Стихи.
И каждый год не перестаешь удивляться: вон, ведь, нас сколько... Мираж?
Да, в миражность фестивальных встреч начинаешь верить в тот момент, когда «крылья сложили палатки, их кончен полёт».
«Так что же нам остаётся»? Ничего больше, как только начинать готовиться к новой встрече, к следующему фестивалю.
Встречи, гитара, стихи, звездное небо – все эти почти банальные и невозможные в повседневной нашей реальности вещи- на Белом озере сливались в то особое фестивальное состояниие, когда все друг в друга немножко влюблены и, конечно же, неминуемо пьяны этой всеобщей влюбленностью. Она «поражает наповал» каждого на фестивале, а умирает с его последним аккордом..
Да, фестивальное счастье – мираж, тем не менее, память требует повторения, как в ретроспективном кино.

* * *

Кадр 1-й: на сцену выходит автор, которого оттавская «поляна» еще не знает.
Первые аккорды, первые слова, «поляна» слушает и замирает, и растворяется в голосе, который поёт о «Любви, не поддающейся мораторию».

И зал забыл о сне. И следующий выступающий уже прекрасен. И невозможно разойтись, даже если на сцене спета последняя песня. И рождается то, что никогда нельзя предсказать заранее: «Давайте, споем еще что-нибудь вместе!»
Хорошо, что есть Миша и Таня, Ильдар и Ира, и Леша. К их именам даже фамилии добавлять не нужно: кто на поляне не знает Овсищеров, Шагаповых, Чернова, словом, торонтовский «Перекресток», который всегда готов подхватить, поддержать любую идею.
И все вместе пели: «Пароход белый-беленький, ты меня раскачай, ты печаль мою девечью расколи о причал».
И было столько во всем этом необъяснимого счастья, что хотелось молиться Небу, Звездам, Песне, Автору, Друг Другу.
И прозвучала «Молитва» Б. Ш. Окуджавы: «Дай же ты всем понемногу и не забудь про меня».
Что это было? Откуда? Почему? Как? А может, это и вовсе всегда случается, когда на фестивальной поляне приживается та самая миражная влюбленность друг в друга, которая не отпускает на протяжении трех песенных дней?

Кадр 2-й: за сценой Рома Кац с закрытыми глазами внимает каждому слову «Кипрского наброска», исполняя его вместе с автором почти беззвучно, но так, как это умеет только... Рома. Очень хотелось бы найти точное определение тому, что Рома иногда умеет сделать с песней, как он своим исполнением заставляет услышать то, что, казалось бы, всегда лежало на поверхности, но зазвучало только после того, как он это пропел. Язык беден, чтобы рассказать о том, как Рома поет. Он из тех, о ком говорят: лучше один раз услышать.

Кадр 3-й: «Грузинская песня» Б. Ш. Окуджавы в исполнении квартета «2х2» из торонтовского «Перекрестка». Кто этой песни не слышал раньше? Конечно, у песни есть великий Автор, конечно, она – давно уже «классика», но квартет «2х2» (Миша Овсищер, Таня Дрейзис, Ира и Ильдар Шагаповы) подарили фестивалю еще один мираж: «Песня» вдруг зазвучала так, как если б была написана вчера, да еще и специально для этих исполнителей.
Рождение того, что мы зовем «авторской песней» возможно только там, где на «перекрестке» сошлись Автор, Исполнитель и Зритель.
«Авторская песня» все время рождается и умирает, как каждый раз заново рождается и умирает спектакль на сцене. Она - «театр одной песни». В каждом новом исполнении начинает жить заново. А еще, она – твой лучший собеседник и лекарь, и друг, конечно, если ты в них нуждаешься.

Кадр 4-й:
«Солнца не будет, жди не жди», - пели мы в своей пионерско-комсомольской юности, полагая, что сочинил ее тоже кто-нибудь из нашей же пионерско-комсомольской гвардии.
Так же, как уходил в далекое небытие наш пионерско-комсомольский возраст, уходила из памяти и эта незатейливая песенка. Мы ее, вероятно, и не вспомнили б никогда (особенно здесь, в Канаде), не случись 6 лет назад нашего фестиваля. Незнакомый нам тогда человек, тоже уже не комсомольского возраста, вдруг со сцены начал ее петь. Мы в изумлении слушали, не подозревая еще, что слушаем ее в исполнении автора. Надо ли говорить, что Наум Лисица с тех пор - наш желанный гость, а исполнение «Вальса» на концерте стало традицией.
Всегда хочется, чтобы на фестиваль возвращались те, кому у нас понравилось, и с кем нам повезло. Например, на 2-ой фестиваль приезжал Марк Мерман, на 6-ой Владимир Музыкантов, два раза был Григорий Дикштейн.
К сожалению, у глагола «приезжал» - время – прошедшее, вид – неопределенный со значением возвратного действия туда, откуда тот, кто приезжал, должен вернуться. И хоть русскую грамматику и не переспоришь, но даже в нее жизненные реалии, изредко, правда, но вносят свои коррективы.
В конце концов, можно просто и помечтать. Тем более, что мы, ведь, кажется, условились: миражи на оттавских фестивалях случаются.
«Любовь стремиться к невозможным траекториям, но возвращается, порой, как бумеранг».
Шесть лет фестиваль «открывает» новые песни, новых авторов, новых друзей новые ощущения, новые... Давайте же здесь поставим многоточие, потому что наша фестивальная биография, как тот старый «вальс в ритме дождя», продолжается.

P.S., которого могло и не быть, если бы жизнь, действительно, состояла из одних миражей. Ретроспективная фестивальная пленка закончилась, оргкомитет складывает свои немудреные пожитки в «вагончик переселенца» и переезжает на новое место. Без каких бы то ни было аллегорий, 7-ой фестиваль «Оттава – 2005» состоится на территории “RiverRun” - water-rafting resort. Все подробности – на нашем вебсайте: www.kspottawa.ca
На фестиваль, к нашей радости, впервые приезжает А.М. Городницкий, который, впрочем, незримо всегда на нем присутствовал своими известнейшими строчками: «Над Канадой небо сине...». Строчки эти – девиз фестиваля. Ну, а раз сам автор приезжает, то, надеемся, и хорошую погоду с настоящим синим небом с собой привезет, хотя, как показал 6-ой фестиваль, никакая погода не может помешать встречи друзей с песней.
До новых встреч на новом месте!